Отсутствие еды на планете крайне редко становится первопричиной масштабных катастроф в современную эпоху. Как пояснила эксперт Главина, ключевым фактором массового голода выступает не дефицит ресурсов как таковых, а системные сбои в институтах, военные действия, авторитарные режимы и паралич логистических цепочек. Главная проблема XX столетия заключалась в невозможности людей получить доступ к продовольствию, даже если оно существовало.
Фундаментальный сдвиг в восприятии этой проблемы обеспечил индийский экономист Амартия Сен, удостоенный Нобелевской премии. В своем труде «Бедность и голод», опубликованном в 1981 году, он аргументировал, что голодные трагедии чаще носят политический и экономический характер, нежели природный.
Несмотря на то что катаклизмы вроде наводнений или засух могут уничтожить урожай на локальном уровне, глобальные рынки способны компенсировать такие потери через поставки извне. Однако это работает лишь при исправной логистике. В качестве примера Главина привела голод в Бенгалии 1943 года: тогда общий объем еды в регионе лишь незначительно уступал показателям сытых лет. Тем не менее из-за спекуляций, инфляции и военной паники стоимость риса резко возросла, что лишило миллионы сельских батраков возможности его приобрести.
Вооруженные конфликты также выступают мощным катализатором бедствий. В современной Африке — будь то голод в Эфиопии в 1980-х годах или кризисные ситуации в Сомали и Южном Судане в XXI веке — решающую роль играет гражданская война. По словам эксперта, боевики могут блокировать пути для гуманитарных грузов, разрушать торговые площадки и захватывать скот. Боевые действия препятствуют доставке помощи нуждающимся, а финансовая нестабильность лишает людей средств для покупки продуктов, даже если магазинные полки полны.
В нынешних условиях существуют инструменты для минимизации рисков и оперативного реагирования на кризисы. Развитая глобализация, интеграция рынков и совершенствование транспортных систем позволяют перекрывать дефицит в одной части мира за счет избытка в другой.
Для экстренных случаев предусмотрены стратегические резервы, включая интервенционные фонды и специализированные зернохранилища. Например, в России объем государственных запасов зерна в интервенционном фонде на данный момент достигает примерно 3,7 млн тонн. Важную роль играет и Всемирная продовольственная программа (ВПП) ООН — крупнейшая структура в сфере гуманитарной помощи. Специалист подчеркнула, что современная стратегия включает не только прямые поставки еды, но и использование финансовых ваучеров. Это позволяет жителям зон бедствия самостоятельно закупать продукты у местных производителей, что зачастую оказывается эффективным методом борьбы с голодом.
Ранее президент Российской Федерации Владимир Путин заявлял о намерении Москвы оказывать поддержку африканским государствам в противодействии терроризму, эпидемиям и проблеме нехватки продовольствия.
